Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

«Леночкины истории». Сказки. – Житомир, 2008 г. «Леночкины истории». Сказки. – Житомир, 2008 г. Леночкины истории

Сказки

Житомир, 2008 

 

 История вторая

''Баю-баюшки-баю!''

 

        - Баю-баюшки-баю! – в последний раз спела Леночке мама и прислушалась: дочка тихо посапывала, зажмурив глазки.

        - Спи, доченька! – прошептала мама, погасила ночник и на цыпочках вышла из комнаты.

       Тотчас сопение прекратилось. Леночка открыла один глаз, другой, осмотрелась и снова зажмурилась: прямо на нее сквозь окно смотрела круглолицая Луна в простеньком фиолетовом платочке.

        - Что же ты не спишь, Леночка? – беззвучно прошептала Луна и покачала круглолицей головой. – Нехорошо обманывать старших!

        - А я и не обманываю, – таким же шепотом ответила Леночка и приложила пальчик к губам. – Тс-с! У меня дело важное.

        - Какие дела могут быть у детей ночью? – спросила Луна.

        - Мне мама спела «баюшки-баю», а кукле Миле спеть некому. Вот она и капризничает. Я спою ей, и она уснет. Правда, Мила?

        - Да-а-а! – глупо сказала кукла, потому что Леночка положила ее на спину.

        И вдруг из дальнего угла кто-то сердито зашипел:

        - Неправда, неправда, неправда!

        - Ой, кто это? – испугалась Леночка, прячась под одеяло.

        В дальнем углу, под самым потолком, раскачивались два злых желто-зеленых огонька. Огоньки то приближались – то отдалялись, то вспыхивали – то гасли, словно на качелях качались.

        Это был старый Паук Паукович, который так сильно раскачивался в своей паутине, что отдельные паутинки поскрипывали и звенели от напряжения, точно телеграфные провода.

        - Неправда! – снова зашипел Паук Паукович. – Все дети – шалуны и врунишки! Я своих разбойников-паучат целый час баюкал. Только отвернулся, а они – шмыг за шкаф: соседскую Муху на паутинках качать, а то ей, видите ли, не спится. Слышите, как жужжит? Вот я им сейчас задам трепки! Уф-ф!

        И Паук Паукович так быстро побежал куда-то за шкаф, перебирая мохнатыми лапками с коготками, что все паутинки задрожали и жалобно зазвенели.

        «Ой, как страшно! – испугалась Леночка, выглядывая из-под одеяла. – Лучше бы я не хитрила, а заснула сразу!»

        - Караул! Спасайтесь! – вдруг закричали, зашумели за шкафом. Огромный грузный шкаф закряхтел, покачнулся – и из-за него вылетели и бросились врассыпную две бархатные моли, носатый тощий

Комар и та самая Муха, которую качали на паутинках непослушные паучата, с выпученными от испуга глазами.

        - Старый Паук Паукович совсем из ума выжил! – жаловалась на лету  Муха приятелю Комару. – С тех пор, как Паучиха-мать уехала на курорт, а паучат ему на воспитание оставила, нет от него покоя: злой, не выспавшийся, на всех бросается. Какой пример детям! Срам, да и только!

        - Уж он навоспитывает! – пропищал Комар и захихикал. – Не дети растут, а хулиганье! Так и норовят поймать и в паутину запутать. Игры у них такие!

        - Милиции на них нет – крикнула Муха и сослепу села Леночке на щеку.

        - Куда ты? Зашибет! – испуганно пропищал Комар.

        Муха тут же подпрыгнула и пересела Леночке на нос.

        - Совсем слепая стала! – пожаловалась она. – Вчера в краску влезла – думала: мед. Едва лапы отмыла. Мухобойка что-то на меня взъелась: шлеп и шлеп следом – так и норовит прихлопнуть. Уж и не знаю, где летать!

        Муха забегала у Леночки по носу, беспокойно потерла лапу о лапу, точно у нее большое горе случилось.

        - Ну и жизнь пошла, – прибавил Комар, вздыхая. – То липучки по всему дому, то сумасшедшие пауки! Меня так и вообще каким-то бальзамом травят – и не подлететь!  Хоть с голоду помирай!

        - Никто и не заплачет. Полетим-ка, друг Комар, к соседнему мальчишке. Он сахар под столом просыпал, а маме не сказал, чтобы убирать не заставила. Вот и поужинаем: я – сахаром, а ты – мальчишкой.

        И они улетели.

        «Хорошо, что они обо мне не узнали, – подумала Леночка; все это время она притворялась спящей – даже Муху на своем носу вытерпела, – и все слышала. – У меня ведь со вчерашнего дня конфета под диваном спрятана. Вдруг кто-то найдет!»

        - Тащи-и-и!.. – тут же услышала она писк из-под дивана.

        - Я вам потащу, м-м! Я вам потащу! – хриплым голосом грозил кто-то невидимый в ответ.

        - Кто здесь? – прошептала Леночка и осмотрелась.

        Два больших рыжих муравья тащили из-под дивана кусочек ее конфеты. Но какой-то черный рогатый Жук пытался отобрать кусочек конфеты у муравьев: хватал и тащил в свою сторону, упираясь в пол всеми шестью лапами, сильно сопел при этом и приговаривал в нос:

        - М-моя конфета! Отдайте, а то хуже будет!

        - Будем драться! Сейчас все здесь перебьем! – грозили муравьи и, в подтверждение своих слов, суетились и грозно размахивали передними лапками.

        На шум из-за шкафа тут же выглянул Паук Паукович. Одной лапой он с трудом удерживал за шиворот маленького Паученка, который вертелся, подпрыгивал и строил кому-то рожицы. Паук Паукович сверкнул глазищами на муравьев, неодобрительно посмотрел на Жука и снова исчез за шкафом.

        Две бархатные моли бесшумно пролетели мимо Леночки. Они жадно жевали что-то большими губастыми ртами и шамкали на ходу, как две беззубые старушки:

        - Наедимся шерсти из новых варежек этой растеряхи Леночки! Она бросила варежки, где попало, – на радость нам, моли. Все съедим! Мы шерсть лю-юбим.

        - Не ежьте моих варежек! – заплакала Леночка. – Отдайте мою конфету! Я спать хочу, а вы мне мешаете!

        - Не отдадим конфету! – пискнули злые муравьи.

        - М-м-м! – пробурчал Жук, у которого рот был занят.

        - Будем мешать спать! – откуда-то из-под потолка зазвенел Комар.

        - Сжуем варежки! – прошамкали моли.

        - Мы любим непослушных детей! – крикнули все вместе. – И растерях!  И обманщиков!

        И Комар громко запищал, Муха зажужжала, рыжие муравьи забегали, Жук затопал ногами и наставил свой раздвоенный грозный рог. Только моли слышно не было, потому что каждая моль сделана из старого бархата, летает бесшумно и шамкает тихо-тихо.

        - Видишь, Леночка, как бывает, когда обманывают старших! – печально прошептала круглолицая Луна и заплакала вместе с Леночкой, так что ее серебряные слезинки пролились из окна прямо на Леночкино одеяло.

        И тут в комнату вошла мама.

        - Что с тобой, доченька? Почему ты плачешь? – спросила она Леночку.

        - Прости меня, мамочка! – сказала Леночка и заплакала еще горше. – Я только притворилась, что сплю, чтобы ты поскорее ушла к себе в комнату, и я смогла бы еще немного поиграть с куклой Милой. И свои вещи я разбросала. И конфету под диван спрятала, чтобы съесть ночью.

        - Я знаю, Леночка, – улыбнулась мама. – Только ждала, что ты сама скажешь мне об этом.

        - И теперь ни Комар, ни Муха, ни муравьи ко мне не придут?

        - Конечно же, нет! – засмеялась мама. – Закрывай глазки и спи. Теперь тебе не будет страшно. Ведь ты сказала мне правду!

        Леночка улыбнулась сквозь слезы и закрыла глаза. В комнате было очень тихо. Только мама негромко напевала: «Баю-баюшки-баю!»